Краснощек рассказал, почему он скрывал правду об убийстве Оксаны Макар и брал всю вину на себя

На сегодняшнем заседании по делу Макар гособвинение попросило судейскую коллегию удовлетворить ходатайство о проверке факта угроз в адрес Краснощека. Судейская коллегия перед тем, как удалиться на совещание, задала Краснощеку несколько уточняющих вопросов.

Ранее Краснощек уже рассказывал, что на него оказывали давление сотрудники милиции в первый день задержания и якобы под этим давлением он рассказал ту историю, которая зафиксирована на известной всему миру видеозаписи.

Сегодня Краснощек рассказал, как именно им манипулировали, чтобы добиться от подсудимого признания вины.

-Они мне говорят: «Сейчас твою жену сюда привезут. Будешь смотреть, что мы делаем», - рассказал обвиняемый о ситуации, которая сложилась у него перед первой дачей показаний.

В зале суда Краснощек продолжал настаивать, что Оксану Макар душил не он, а его подельник Присяжнюк, а Погосян об этом якобы тоже знает.

Краснощек заявил, что Присяжнюк той злополучной ночью угрожал ему.

-Когда мы сидели на кухне, он мне сказал: «Ты же понимаешь, что в случае чего должен брать все на себя!» - передал слова своего подельника Краснощек. - Он сказал, что если будет что-то не так, пострадают мои родные.

Краснощек утверждает, что воспринял его слова всерьез, потому что хорошо знает Присяжнюка и на что способен этот человек.

Адвокат потерпевшей стороны Виктор Василюк спросил Краснощека — КОГДА Присяжнюк с Погосяном успели сговорится против него, чтобы в случае задержания давать одинаковые показания? Евгений ответил, что у них было достаточно времени, и предположил, что его подельники могли договориться, пока он ходил предварительно осматривать стройку. Также Краснощек рассказал, что Присяжнюк с кем-то созванивался ночью.

Присяжнюк на это все реагировал то с улыбкой, то с раздражением. Размахивал руками, показывая свое возмущение, и пытался перебить Краснощека, выкрикивая с места, однако конвой пресекал нарушение дисциплины, делая Максиму замечания. Затем Присяжнюк лишь изредка поднимал руку, желая что-то сказать, но судьи на это не реагировали.