Звезды сошлись Beethoven. Triple Concerto

Со времени написания и первого исполнения в Вене в 1808 году концерта Бетховена для скрипки, виолончели и фортепиано с оркестром его история в течение более полутора столетий шла к событию, произошедшему с 15 по 17 сентября 1969 года в берлинской кирхе Иисуса Христа. Там для его записи встретились Давид Ойстрах, Мстислав Ростропович, Святослав Рихтер, Герберт фон Караян и едва ли не лучший в мире симфонический оркестр, Берлинский филармонический

Звезды сошлись на небе: произведение получило своих великих интерпретаторов. Объединившиеся для записи концерта музыканты – ярчайшие фигуры не только музыкальной жизни прошлого века, но и во всей истории исполнительского искусства. По прошествии десятков лет эти артистические силы представляются даже несколько избыточными, порождая мысль об удачнейшем музыкальном бизнес-проекте. Хотя сами по себе и гениальное авторство произведения, и предусмотренное для его воплощения трио солистов рано или поздно должны были привести к подобной ситуации.

Стоит кратко затронуть подчас непростые взаимоотношения объединивших в Берлине свои таланты музыкантов.

Для Ойстраха запись тройного концерта оказалась единственной совместной с Караяном работой в студии. В 1961-м они сыграли на сцене скрипичный концерт Брамса. По иронии судьбы, Игорь Ойстрах выступил с Караяном двумя годами раньше своего отца с концертом Чайковского. Теплые чувства и большая взаимная симпатия связывали маэстро и Ростроповича; в 1968-м музыканты работали над «Дон-Кихотом» Р. Штрауса, где есть развитая партия виолончели.

Яркий след в истории музыки оставили творческие контакты Ойстраха и Рихтера. По свидетельству Игоря Ойстраха, оба музыканта черпали вдохновение в убеждении, что строгое следование воле композитора по части темпов, динамики, агогики и общей концепции – лучшая основа для интерпретации. В 1960-м в СССР Ойстрах и давние его партнеры Святослав Кнушевиций и Лев Оборин записали тройной концерт Бетховена с оркестром под управлением Константина Иванова.

Через четыре месяца после берлинской записи было запланировано его исполнение  в Москве. Из-за поддержки Ростроповичем Солженицына в прессе власти настаивали на его замене, но Ойстрах и Рихтер отказались играть с другим виолончелистом. В итоге официоз уступил, и концерт состоялся.

Рихтер вспоминает об этой работе в своих «Дневниках», опубликованных в книге Б. Монсенжона, и в соответствующем телефильме. Критически оценивая запись, пианист вспоминает о несогласии с предложенными Караяном темпами и даже о текстуальных неточностях, о своей и Ойстраха творческой оппозиции Караяну и солидаризировавшемуся с ним Ростроповичу. В словах Рихтера ощущается невысказанное слегка высокомерное отношение Караяна к партнерам.

При общей безупречности исполнения внимательному слушателю может недоставать единства творческих векторов солистов; это несогласие ощущается подспудно, как бы между нот.

Так или иначе, настоящая запись имеет непреходящее художественное значение, поэтому с полным основанием может быть названа исторической и легендарной.

audiomania